18.05.2015

В Минские договоренности можно "тыкать" тех, кто требует от России каких-то действий


Падение цен на нефть - это заговор США и саудовских шейхов? Готова ли Россия помогать Америке? В чем причина неудач футбольного "Спартака"? На эти и многие другие вопросы глава МИД РФ Сергей Лавров ответил откровенно и соблюдая дипломатический этикет.



- Действительно ли давление США на Европу настолько сильно?



Сергей Лавров:
Давление со стороны Соединенных Штатов, безусловно, сильное. Госсекретарь США Джон Керри президенту России и мне постоянно говорил, причем инициативно, сам начинал с этого: дескать, поверьте, все, что у вас пишут, будто мы какие-то козни строим, что мы против вас, против ваших партнеров, что мы замышляем какие-то "цветные революции" - все это неправда. Мы не работаем против вас, мы заинтересованы в сильной демократической России. Все это в интересах решения важнейших проблем, которые затрагивают американские интересы. Но я ему не раз приводил массу совершенно иных примеров, как они давят на союзников.


Но в Евросоюзе просвет всегда есть. Некоторые европейцы не хотят ухудшения отношений с Россией, не хотят того, что сейчас происходит. Нам говорят: "Вы поймите, мы же не можем действовать иначе, чем Евросоюз". Я им на это отвечаю: "Но Евросоюз-то - это вы! Это не просто какой-то чиновник в Брюсселе (они там, в Брюсселе, многое могут делать, не спрашивая страны-члены, но уж по санкциям-то точно у них должен быть консенсус, официальное решение должно быть принято на высшем уровне). Если это солидарность, то нельзя ее в каждой ситуации оформлять по принципу наименьшего общего знаменателя. Должен быть какой-то встречный процесс, компромисс между позициями. Но, конечно, есть в ЕС такое "злое ядро", в котором они намеренно "задирают планки" до SWIFT (предложение не обслуживать кредитные карточки россиян - ред.), еще чего-то в таком же роде, или вообще хотят нас окружить, ничего не поставлять и не продавать, чтобы мы "захлебнулись". А потом, как бы в поисках компромисса, сползают на какие-то более или менее удобоваримые позиции. Эта иезуитская группочка придумала такую формулу - пока Минские договоренности полностью не будут выполнены, санкции не снимем.


Но я все-таки думаю, что у Евросоюза осознание тупиковости нынешней позиции будет укрепляться. Главное, что у нас теперь есть Минский документ, в который можно "тыкать" тех, кто требует от нас каких-то действий. Почитайте текст Минских договоренностей: контроль на границе должен быть установлен в самом конце этого процесса. Они оставляют в стороне то, что Киев просто обязан ввести в действие закон об особом статусе, вместо этого переворачивая все "с ног на голову" - что это не особый статус, а оккупация. Дальше обосновывать сохранение Украиной экономической блокады Донбасса невозможно.


- Сергей Викторович, давайте вернемся к фигуре президента Украины Порошенко, о котором Вы упомянули.



Сергей Лавров:
К политической фигуре?


- Только к политической. Киев во главе со своим президентом нарушает Минские договоренности, путается, виляет... Но при этом можно ли сказать, что мы все-таки пока по-прежнему считаем Порошенко одним из наиболее приемлемых переговорщиков, которые вообще есть на Украине?



Сергей Лавров:
Он президент, его надо поддерживать.


- Иногда кажется, что Порошенко "разыгрывает карту" между Европой и Америкой или между Евросоюзом и Америкой.



Сергей Лавров:
В известной степени да, но это ему еще важно для того, чтобы американцы не стали работать против него. Но когда Петр Алексеевич Порошенко разговаривает с президентом России Владимиром Владимировичем Путиным по телефону или когда, например, велись переговоры в "нормандском формате", он старается быть прагматичным, какие-то вопросы решать.


- Какое будущее, с Вашей точки зрения, может ждать ДНР и ЛНР?



Сергей Лавров: На всех уровнях, устами президента России, в других форматах говорим, что мы - за то, чтобы они стали частью Украины. Они сейчас представили свой проект конституции. Там они ведут речь ровно о том статусе, который предусмотрен Минскими договоренностями: республики будут частью Украины и дальше пройдет конституционная реформа, чтобы этот статус закрепить на постоянной основе. Там расшифровано, что такое децентрализация. Причем, в Минске это писали лично Канцлер ФРГ Ангела Меркель и президент Франции Франсуа Олланд.

- Означает ли то, что на итоговой пресс-конференции в Сочи Госсекретарь США Джон Керри ни разу не упомянул Крым, принятие сложившегося положения вещей?



Сергей Лавров:
Не только на итоговой пресс-конференции ни разу не упомянул, но Керри ни с Владимиром Владимировичем Путиным, ни со мной темы Крыма не касался. Делайте выводы.


- Многие в Европе говорят, но тихо: "Мы видим, какие радикалы стоят за Яценюком, Парубием и другими". Но почему дальше скромных, в полголоса признаний дело не идет? Неужели не замечают, с кем имеют дело?



Сергей Лавров:
Замечают, но как-то странно. Закон о признании "геройств" УПА и прочих был принят в Раде месяц назад, как раз в тот день, когда там был президент Польши Коморовский. И Коморовский молчал "в тряпочку". И только вернувшись в Варшаву, через несколько дней, стал говорить, что это неправильно, что в Волыни поляков резали, а вы, мол, этих людей героизируете. Это прозвучало, но никто не подхватил, как подхватывают любой антироссийский выпад.


Я спрашивал у некоторых европейцев: "Вы же видите, что происходит на Украине?" Они отвечают, что видят. Это было еще до героизации УПА, до "декоммунизации", когда на Украине приняли закон о люстрации. Они говорили, что это ужасный закон, который расколет их общество. Спрашиваю: "Почему вы не говорите об этом вслух?" Мне отвечают: "Мы в Евросоюзе договорились об этом вслух не упоминать". Все делается в щадящем режиме, иначе украинцы не позволяли бы себе такого.


- Решение Франции не продавать нам уже построенные "Мистрали" напоминает скверный анекдот.



Сергей Лавров:
Пусть деньги отдадут. Сейчас, как видите, они уже начали торговаться.


- Какова степень откровенности на переговорах тет-а-тет, когда вас, допустим, с Джоном Керри никто не слышит? Употребимы ли такие выражения: "Ну ты же понимаешь, это между нами"?



Сергей Лавров:
Конечно, нет вопросов.


- Сергей Викторович, историю, как известно, пишут победители. В год 70-летия Победы в Великой Отечественной размеры циничной фальсификации итогов войны достигли огромных масштабов. Есть ли у нас возможности противостоять этой фальсификации на международной арене? Не воспользоваться ли годовщиной Нюрнбергского процесса, чтобы продолжить эту серьезную работу, которая началась в дни празднования Победы в России?



Сергей Лавров:
У нас очень существенные возможности, этим занимаются, уделяют внимание, выделяют средства. Это ведь не только юбилейная кампания - речь идет не о том, кто кому хочет испортить юбилей. Фальсификация истории - это долгоиграющий процесс, нацеленный на пересмотр всех основ взаимодействия в Европе и попытку маргинализировать Россию, заставив подчинять тому, что они хотят нам навязать.

Так что планов много, в том числе по работе через государственные СМИ. Здесь, по-моему, не надо ничего стесняться. Мы постоянно подпитываем наших послов новыми оценками. У нас много двусторонних проектов с нашими партнерами по изданию архивных документов.

- И совместных учебников?



Сергей Лавров: Сейчас с немцами сделали совместный учебник. Там по двум-трем темам не удалось принять общую точку зрения, написали совместную статью, изложили два взгляда. И оба, кстати сказать, не агрессивные. Различия излагаются через диалог.

- Все страны мира "борются" за иностранных студентов. Какова позиция МИД России на этот счет?



Сергей Лавров:
Мы последовательно и регулярно увеличиваем количество стипендий. У нас произошел важный качественный сдвиг - три года назад мы стали "перетягивать" у Минобрнауки функцию подбора студентов "на местах". Когда выдается квота на студентов, Министерство образования и науки России направляет ее своему партнеру в той или иной стране, а они уже сами подбирают абитуриентов. МИД делает это через посольства и российские центры науки и культуры (РЦНК) за рубежом. Это позволяет прицельно подбирать перспективных ребят.

Второй важный момент. По линии РЦНК каждый год существенно увеличивается количество мест для краткосрочных (на 1-2 месяца) поездок по России для иностранцев.

- Сергей Викторович, в эти дни в Токио пройдет Третий российско-японский форум "Точки соприкосновения: бизнес, инвестиции, спорт", организованный "Российской газетой" и нашими коллегами из газеты "Майнити". В этой связи вопрос: "Есть ли перспективы разрешения разногласий между двумя нашими странами по проблеме Южно-Курильских островов?"



Сергей Лавров:
Мы всегда спрашиваем японцев: "Господа, вы итоги Второй мировой войны признаете?" Они отвечают: "В целом да, но вот в этом вопросе - нет". А как же вы тогда ратифицировали Устав ООН? Там есть статья 107, в которой сказано: "Все, что сделали державы-победительницы, свято и нерушимо". Пусть другими словами, но юридический смысл таков - ничего не тронь. Мы их возвращаем к Уставу ООН, и здесь они ничего возразить не могут, а мы можем сказать, что Япония - единственная страна, которая подвергает сомнению итоги Второй мировой войны, никто больше этого не делает.


- Сейчас многие следят за ценами на нефть, которая то пикирует, то опять повышается. Как Вы считаете, падение цен на нефть - не козни ли это американцев, действующих в тандеме с Саудовской Аравией?



Сергей Лавров:
Не думаю. Понимаете, тут играет роль масса факторов. Стали бы американцы специально вкладывать миллиарды долларов в разработку сланцевого газа со всеми его экологическими рисками только для того, чтобы нам "насолить"? То есть они и для себя делают вещь, в общем-то, не очень позитивную - упала цена на нефть, большинство месторождений сланцевого газа в США перестали быть рентабельными. Предположим, что американская Администрация сказала своим частным компаниям, которые ведут разработку этих сланцев: "Коллеги, вы сильно пострадаете, но терпите". Так что не думаю.

Немного замедлился рост Китая (а для китайской экономики даже один процент - уже очень много), и это сразу сказалось. Саудовцы не хотят снижать ни добычу, ни экспорт, хотя они уже страдают, у них намечается дефицит бюджета, учитывая планы, которых у Саудовской Аравии громадье. Но они не хотят сокращать добычу по простой причине: они откуда-то уйдут, и это место на рынке кто-то займет. Им это не нравится.
Я не думаю, что тут заговор. Хотя, конечно, некоторые подают это таким образом, что у России из-под ног уходит нефтяная платформа. Но я бы здесь теорию заговора не поддерживал.

- Сергей Викторович, вы побили все рекорды по количеству вопросов от читателей. Вопросов много и самых разных. Вот некоторые из них. Поможет ли Россия Америке, если Штатам понадобится помощь? Как Вы прокомментируете разгромное поражение "Спартака", за который Вы болеете?



Сергей Лавров: Напомню, что президент России в 2001 году был первым, кто позвонил президенту США Джорджу Бушу после теракта 11 сентября. Тогда мы предложили помощь сразу же. Потом у нас наладился диалог по борьбе с терроризмом, хотя далеко не всегда мы ощущали искренность со стороны американских партнеров. Но, тем не менее, когда эта страна попадала в беду, например, подверглась нападению террористов или на нее обрушивались стихийные бедствия, в частности наводнения, мы предлагали помощь. У нашего народа, наверное, это в крови - помогать, когда в чей-то дом приходит беда.

Про "Спартак" скажу только, что я очень хотел бы, чтобы этот клуб делал ставку на выпускников своей футбольной школы, которая, по общему признанию, является одной из лучших, а, может быть, самой лучшей в России, и чьи "питомцы", играя в основных составах других клубов премьер-лиги, забивают в том числе и "Спартаку".


- Один их журналистов "РГ" был свидетелем того, как в пик дипломатических баталий вокруг Украины Вы не забыли поздравить своего старого скромного друга с днем рождения.



Сергей Лавров:
Это же естественно - друзей надо поздравлять, а товарищей юности - просто обязательно.


Источник



Za Kaddafi